belan_olga (belan_olga) wrote,
belan_olga
belan_olga

Categories:

Воспоминания об Италии: Урок любви Тонино Гуэрра

Италия вспоминается чаще других стран. Рим - чаще других городов. Странно... Я как-то все больше Лондон любила, мне так казалось. Два года назад мне посчастливилось побывать у Тонино Гуэрра. Где та газета, в которой я об этом написала? Нет ее! А воспоминания остались... Тонино Гуэрра в 2010 году исполяется 90 лет.


Фотка из архива: 60 лет назад


Маэстро в своем любимом кресле

Сначала в Риме я села в скорый поезд, который через полтора часа привез меня в древний городок Ареццо. Там, в маленьком привокзальном кафе мы встретились с моей очень красивой подругой Ларисой: 15 лет назад она вышла замуж за итальянца и теперь счастливо живет в Перудже со своим итальянским мужем и двумя очаровательными дочками. Что бы вы могли представить Ларису – а это очень важно для дальнейшего рассказа – я поведаю одну историю. Когда она только приехала в Италию, поступила в Римский университет, чтобы изучать язык, она ради шутки поучаствовала в местном конкурсе красавиц и на полном серьезе стала Мисс Университет. А было ей, между прочим, в ту пору уже 30 лет.

И вот мы едем по ужасным дорогам, с покрытием, не лучшим чем у нас, да еще дорога эта вертится серпантином по горам, и так все 65 километров. С указателями в этой глуши тоже дело дрянь, поэтому Лариса несколько раз тормозит и спрашивает дорогу у местного весьма колоритного крестьянства.


Миндаль зацвел. Вид из окна дома Гуэрра

А едем мы в Пеннабилли, малюсенькую высокогорную деревушку, которая уже сейчас потихоньку становится туристической Меккой. Потому что живет здесь поэт и художник, так во всяком случае считает он сам, а вообще знаменитый сценарист, автор сценариев почти всех фильмов Феллини и Антониони Тонино Гуэрра. Он хорошо известен в России, он часто бывает у нас, он много сделал для русской культуры, он любит нашу страну и ко всему него русская жена.


Скромно живут классики в Италии. Дом Тонино


Дом  Гуэрра на холме - вид снизу

Обо всем этом мы болтаем с Ларисой в машине, я рассказываю ей, как Гуэрра и Феллини спасали из тюрьмы Сергея Параджанова. Они приехали с визитом в Россию, пришли к председателю Госкино Ермашу и положили ему на стол 20 тысяч долларов – немыслимая сумма по тем временам. Объяснили, что эти деньги собрали для Параджанова выдающиеся деятели европейской культуры (для пущей убедительности прозвучали имена Марчелло Мастрояни и Софи Лорен), чтобы великому режиссеру и художнику в тюрьме обеспечили более или менее сносную жизнь. Но итальянским гениям было сказано, что все заключенные в нашей стране должны быть в одинаковом положении… Однако Тонино и Федерико не сдались, добились приема у высоких начальников и объяснили, какого размаха международный скандал ждет нашу страну, если Параджанова немедленно не выпустят на свободу. Говорят, высокие чиновники ничего не слышали про Параджанова и велели своим помощникам составить справочку, кто он такой есть. Короче, Параджанова тогда отпустили. Позже я увижу на стене в комнате Тонино портрет мастера работы Параджанова с трогательной надписью «Именно таким я люблю Тонино»…


После свадьбы


Лора. И Баба. И та самая юбка

А историю эту рассказал мне Армен Мазманян, известный в Ереване режиссер, который сейчас готовит спектакль по пьесе Тонино и потому много и плодотворно с ним общается.

Конечно, сюда надо приезжать с видеокамерой, а не с жалкой мыльницей, которая висит у меня на шее. И эти улочки, и эти горы, и могучие развалины старой крепости на вершине, и чудные садики с цветущими миндальными деревьями – так удивительно и гармонично сочетаются с самим Тонино, который как настоящий волшебник вышел из калитки своего сада как раз в тот момент, когда мы к ней подошли.

Мы обнимаемся, как старые друзья, а я не могу удержаться и не спросить у Мастера про странную фаллическую фигуру у калитку - что это? Тонино смеется: уж точно это не фаллос, потому что «я не на столько амбициозен, чтобы ставить на пороге символ собственной мужественности». Но моя ассоциация ему явно нравится, он сверлит меня совершенно молодыми хитрыми глазами : «Нет, это подарок скульптора из Австралии, а как кто его понимает - это дело каждого».


Художественный беспорядок - стол художника

Потом он цепляет глазом Ларису и поворачивается к ней, уже оглядывая ее с головы до ног. «Эти лакированные сапоги вам совершенно не идут, они не вяжутся с вашим образом», - категорично говорит Мастер. Потом просит нас немного погулять по саду, пока он должен закончить важную работу в местном театре – его там ждут уже полчаса. И правда, следом за Тонино из калитки выкатываются два колоритных местных синьора, бурно что-то обсуждая и говоря практически одновременно, вся троица удаляется, а я стою в оцепенении, потому что вижу не просто узкую улочку типично итальянской деревни, а кадр из фильма раннего Феллини.

А уж дальше и вовсе начинается «Амаркорд». Во дворике к нам прижимаются две собаки и вокруг ног крутятся кошки – их много, они везде, но какие-то особые, мягкие, томные, сюрреалистичные. Этой компанией мы поднимается на терраску повыше - там точно декорация стоит шалаш с огромным зеркалом на стене, а терраской еще выше – опять же шалаш, только уже больше южноамериканский, ковбойский, но уж точно не итальянский. Земля под ногами усыпана прошлогодним миндалем, ты идешь по нему как по гальке, а над головой – цветущий миндаль, недаром свой двор, и сад, и дом Тонино назвал Домом Миндалей – о чем и гласит табличку у калитки.

Моя подруга Лариса расстроено рассматривает свои моднючие сапоги – могу подтвердить, что лакированная обувь и сумочки – писк сезона в столице международной моды, а навстречу нам откуда-то еще с верху спускается жена Тонино Лора – в точно таких же лакированных сапогах! Лора ведет нас в дом, по дороге рассказывая про собак и кошек : « Вот этот рыжий ритривер – подарок Антониони, его зовут Баба, а эта маленькая дворняга пришла сама, кошек у нас тут бродит то ли сорок, то ли больше, я не считала, просто каждый день высыпаю мешок корма у порога…»


Рисунок Федерико Феллини. Очень эротично...

Пока мы бродили по дому и слушали рассказы Лоры :« Это наброски Тарковского, а это фотография нашей свадьбы в Москве: видите, справа Антониони, а слева - Тарковский, а это Тонино и Джульетта Мазина в цирке, а вот альбом со снами Феллини, Федерико каждый свой сон записывал в книгу и смачно его иллюстрировал…», уже вернулся Тонино, увел мою подругу Ларису показать кое-какие последние рисунки. Лора деликатно просит меня не очень сильно грузить маэстро, она и по телефону предупредила: Тонино после операции, прошел всего месяц, он, конечно, бодрится, но еще несколько слаб. И потом надо учитывать возраст – 16 марта Тонино исполняется 88 лет.


Рисунок Тонино у дверей его дома

А дальше Гуэрра начинает говорить о любви. По-романьольски это звучит удивительно красиво, переливчато-музыкально. Вопросы мои он понимает, его ответы переводит Лора, а сам он только изредка обращается ко мне по-русски: «Слюшай!» А я и так вся внимание.

- Это было после войны, когда американцы освободили из плена людей самых разных национальностей, в том числе и меня. Мне было 22. Или 23. Немного. Так вот, все мы находились в одном месте, ждали поездов, чтобы ехать домой, а поезда задерживались. И была среди нас одна девушка из Праги, звали ее Клер. Вообще там девушек было много, и среди них немало симпатичных, но Клер… Она была такая красивая , что даже смотреть на нее было страшно. Когда она приходила купаться в бассейн, все замирали и не могли оторвать от нее глаз.

Слюшай! Я тогда собрал оркестр, дирижировал, пел, чтобы люди могли немного отвлечься и потанцевать. С Клер мечтал потанцевать каждый, но она выбирала только американских офицеров, которые тоже крутились возле нее. Мне она тоже безумно нравилась, но я демонстративно ухаживал совсем за другой девушкой.

И вот однажды после танцев она подошла ко мне и предложила погулять по парку. Парком тогда служило кладбище с красивыми надгробиями, где прохаживались влюбленные парочки. «Ты почему на меня не смотришь?» – спросила Клер. Я ответил: «Ты всем нравишься, а мне нет.»

Слюшай! Тогда она пригласила меня к себе домой. Мы пришли в ее маленькую комнату, где стояла деревянная кровать. Она разделась догола и легла. А я сел на пол рядом. «Ты чего?» - спросила она меня. «А что я должен делать?» - ответил я. «Ты же меня хочешь, я вижу!» – говорит она. А я твержу нет, нет, нет… Она отвернулась от меня и, кажется, уснула. Сколько я сидел на полу – час, два? Потом вышел из дома. Шел по улице и от злости кусал деревья. Пришел домой злой-презлющий. Друзья спрашивают: в чем дело? Я рассказал. Они мне: Ну и дурак! Беги обратно! Я побежал. По дороге нарвал цветов. Она уже выходила из дома и собиралась сесть в машину, которую прислали за ней американские офицеры. Лицо ее было заплакано: « Скажи мне, что все, что ты до этого говорил – неправда». И я сказал «Это неправда».

Вот так, думаю я, он сидел с Феллини или Антониони, с гениями итальянского неореализма, рассказывал истории, а из них потом рождались фильмы, которые получали «Оскаров» , «Сезаров» и другие пальмовые ветви. Кстати, к этим символам мирового признания маэстро относится мягко говоря прохладно – они свалены в углу за этажеркой, и Лора не сразу их находит, хотя я настоятельно прошу показать мне эти золоченые статуэтки.

Около часа мы проговорили с Тонино – жаль, что газетный формат не позволяет мне передать весь наш разговор. Вдруг маэстро встает с кресло и весело говорит «Слюшай! Интервью окончено» . Берет за руку мою подругу Ларису и они удаляются в глубь дома.

А мы с Лорой еше обсуждаем московских знакомых, бродим по комнатам в поисках фотографий, уговариваем Бабу пойти погулять и в результате волокем его на поводке на улицу. С Лорой легко, как будто знаешь ее сто лет, как будто сидели мы с ней в школе за одной партой.

А солнце уже падает за гору и быстро темнеет, нам надо ехать – путь дальний, дороги ох, в темноте по ним страшно ехать. Прощаемся, обнимаясь, с тысячами приглашениями приехать на «подольше» - у них рядом есть дом, в котором всегда можно остановиться. И еще долго Лора машет в след рукой.

В машине я думаю об этой великой стране Италии, такой щедрой на гениев. И вспоминаю слова Армена Мазманяна, который очень точно сказал: Тонино должен был родиться в эпоху Возрождения, но судьба подарила его нам, чтобы мы живьем представляли себе гениев Ренессанса.


Вот она, моя красавица - подруга Лариса. Даже на этой плохой фотке видно, что она и вправду - красавица.

Мои размышления прерывает Лариса: « Знаешь, что он мне сказал мне, когда мы с ним ушли? Он сказал, что никак не мог сосредоточиться на твоих вопросах, потому что все время думал о том, как бы меня поцеловать?»
- Ну, ты его поцеловала? - бестактно спросила я.
Но Лариса на мой вопрос не ответила.


Чтобы вы не сомневались, что я все это выдумала...

 


Tags: истории из жизни, кумиры, лучшее, моя книга
Subscribe
promo belan_olga november 17, 2009 15:39 6
Buy for 100 tokens
В этом блоге можно разместить вашу рекламу на любую тему. Блог ЖЖ имеет более 1 млн. просмотров ежемесячно, а еще есть не менее популярная страница в Фейсбуке. Все вопросы направляйте на почту: belan.olgak@gmail.com подробности ТУТ
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments